Два года пролетели над деревней, оставив след, похожий на глубокую борозду в пахоте. В тот год зима устроила настоящую жестокую игру: морозы трещали как выстрелы, а снег скрипел под ногами, создавая звуки, словно предвещая чей-то приход. Снегом завалило села, а лишь тонкие столбики дыма из печных труб указывали на жизнь, которая оставалась в домах.
Река уже давно заледенела, лёд стал сизым и толстым — мужики пробивали проруби в поисках подлёдной воды, считая её особенно ценной. На холода Пашка стоял на крыльце, вдыхая морозный воздух, и чувствовал, как из года в год он менялся — вытягивался, становился старше. Руки его стали крепкими и умелыми — он научился всё делать сам: начиная с дров и заканчивая уходом за быком.
Борька, его бычок, вырос в большого и норовистого скота. Но с Пашкой он был дружен и всегда ждал угощения. Куры не отставали — каждое утро Пашка собирал яиц десяток, делясь половиной с тёткой Вале за молоко и хлеб. Должен сказать, в доме стало уютно: он сам повесил половицы, побелил печь к зиме и починил дверь. Отец смотрел на его усилия без восторга, потерянно комментируя в своем молчании.
Однако тень недовольства оказывала влияние на дом. Ссоры начались в тишине, и Валентина, его мачеха, всё чаще показывала свое недовольство: от простых жалоб до настоящих скандалов. В сегодняшнем утре, проснувшись, Пашка услышал её капризный голос с другой комнаты: "Ты посмотри на меня! Я же ношу одно и то же тряпьё уже третий год!" Это его глубоко задело. Как же она могла так крикнуть на его отца, которому когда-то посветлели глаза, когда он поднимал сына на руки?
Шум скандала продолжался, и вскоре раздался стук двери. Пашка вышел во двор, направляясь к Борьке. Для него этот бычок был единственным другом. За окном ждала чудесная зимняя погода, и друзья зовут его на улицу.
Так жарко и весело порой бывает, когда мчишься с друзьями по снежным склонам, забыв все проблемы! В тот день Пашка нашёл поддержку в своих друзьях и, наконец, почувствовал, что у него всё получится, даже когда в доме звучала недовольная Валентина.
— Давай ещё разок, и по домам, а то мамка заругает, — предложил Кешка, и они снова катились на санках, наслаждаясь каждый моментом!
